Воспоминания о пионерской организации

  /Школьный форум. Накануне 19 мая 2007 года/

               /фотографии из архива школы №43/

 



ASP
Александр Пищальников
IX параллель


Кстати, вопрос к Л. А.:
Леонид Александрович, а вы состояли в октябрятах-пионерах-комсомоле-партии? 
Если да (или нет), расскажите пожалуйста, каковы были ваши мотивы? Было ли время, когда вы разделяли наиболее распространённое в 80-е годы мнение, что коммунизм дело хорошее, только вот Сталин (Ленин, Хрущёв, Брежнев, Горбачёв) всё испортил? В общем, интересно узнать, ваш антикоммунизм - врождённый или приобретённый? 

 

 



Katsva-la
Леонид Александрович Кацва


Я состоял во всех четырех упомянутых организациях. С наибольшим отвращением вспоминаю пионерскую, хотя в нее по малолетству вступал искренне и даже был членом Совета дружины. Там вместе со мной состоял учившийся на два года старше Миша Пантелят, ныне довольно известный израильский раввин. 

Как и всякий антикоммунизм, мой — благоприобретенный. Был прочно приобретен приблизительно к 8-му классу. Позже этого времени рассуждать в стиле "коммунизм — дело хорошее, только Сталин (или еще кто-л.) все испортил" мне уже всегда казалось глупостью. В комсомол я вступил в 7-м классе, когда еще был способен рассуждать приблизительно так. Кстати, на нашем курсе в институте училась, хотя, кажется, не окончила, одна девушка, не являвшаяся комсомолкой. Но, как правило, поступить в институт, не будучи комсомольцем, было невозможно. 

В КПСС я вступал в 1985 году, когда вышел из комсомольского возраста. Вступал, будучи настроен абсолютно антикоммунистически. Никаких иллюзий при этом не испытывал. Делать карьеру тоже не собирался, т.к. в выбранной мною профессии карьера невозможна. Но я хорошо помнил, как моему школьному учителю истории Петру Петровичу объяснили, что он, как беспартийный, не может работать в старших классах. Я же хотел работать именно в старших классах, поскольку курсы истории Древнего мира и Средних веков не люблю. КПСС в те годы являлась не партией, а скорее государственным учреждением. Не будучи членом КПСС, человек, как правило, не допускался до некоторых видов работы. Член КПСС никаких благ не приобретал. Их приобретали только профессиональные партийные аппаратчики. Впрочем, членство в КПСС несколько облегчало поездки за границу, и я знаю примеры, когда люди встапали в КПСС, чтобы получить возможность съездить в одну из стран Восточной Европы. Но мне, как еврею, здесь не помогло бы и членство в партии. Вышел я из КПСС в сентябре 1990 г. 

Вы хотели честного ответа? Пожалуйста. Устроил ли Вас мой ответ, не мне судить. 

 



Vau
Сергей Дмитриев
XXI параллель


Я, помнится, году в 1990-м под влиянием бабушки и моего учителя в изостудии, Ефима Давыдовича Дубоссарского, решил, что в комсомол не пойду, хотя до этого ещё было довольно далеко. Мама была этим моим решением страшно недовольна, сделала бабушке внушение, что из-за её идиотских рассказов про свободу и демократию дитё не поступит в ВУЗ и пойдет в армию. Но я, что со мной бывало очень редко, упёрся рогом и сдаваться не хотел (второй раз такое со мной было в 10-м классе, когда я вдруг решил, что пойду на истфак). Впрочем, в комсомол мне идти как-то так и не пришлось, уже не успелось. А вот галстук я носил дольше всех в классе, потому что выпендривался. В моей рабоче-крестьянской школе форму перестали носить очень рано. Я и сам её ненавидел, до тех пор, пока класса с 5 не стал носить форму, которую мне купили в Таллинне - а там, видимо благодаря проискам тайных ССовцев-сепартистов, форма была другая - до 3 класса как у нас, только чуть более светло-синяя, а вот с 4-го класса (тогдашнего нашего 5-го) - шикарный синий костюм-тройка, гораздо шикарнее, чем у наших старшеклассников. Кажется, этот самый 5-ый класс, когда я начал его носить, и был годом отмирания пионерии и формы, чему все ужасно радовались. Я, по понятным причинам, этой радости не разделял, потому что только что получил возможность ходить в форме, и при этом самым приятным образом отличаться от всех. Поэтому я ходил в своём костюме, и носил пионерский галстук, потому что считал, что это часть формы (опять же, ходить единственным в классе в красном галстуке тоже было довольно экстравагантно). Длилось это, наверно, не меньше полугода. Уже не поммню, почему я всё-таки перестал носить галстук (который, кстати, за все пионерские годы так и не научился завязывать как надо). Наверно, всё-таки понял, что он совсем не украшает мой шикарный эстонский костюм 

 

 



SP
Сергей Павловский
XX параллель


Про пионеров
Вспоминаю 90-й год, наш 7 класс и друга моего - Юру Бунимовича, с которым мы пытались выйти из пионерской организации. Все происходило неявно и постепенно - то один, то другой одноклассник приходили в школу без формы или без галстука (первая была Аня Хорошкина, которая ее не носила с 4 класса), но нам нужно было другое. У нас к 11-12 годам накопилось достаточно претензий к советской власти и мы хотели расстаться с ней торжественно и официально - мы хотели формально выйти из пионерской организации, "исключиться" из нее. Помню, как искали школьную пионервожатую (не знаю ее имени - это же должна быть ученица 43 школы!), как долго она не понимала, чего мы хотим, а, поняв, сама не знала что делать - видимо такой процедуры, как "выход по собственному желанию" не предусматривался.
Конечно, все это была инициатива и пассионарность Юры, который в 7 классе, если надо, мог дойти и до директора. Он один такой был. И получалось забавно - весь класс постепенно и тихо снял галстуки, а мы, которые хотели этого сознательно и понимали причину, ходили в них до последнего дня. На зимних каникулах 7 класса семья Юры эмигрировала в Штаты, и в первый день третьей четверти я вышел, как все - без пионерского галстука.

Вспомнив эту историю, отмечаю в ней теперь, по прошествии 15 лет, два момента

1) В начале 90-х страну несло в бурном потоке стихийных перемен. Все разговоры про "развалили страну" или "дали свободу" - не более, чем позиция говорящего. Народу никто ничего не мог объяснить не потому что не хотели, а потому что сами не знали. И мы это почувствовали тогда на своем уровне - нам в школе (даже в 43!) никто ничего не объяснил. Просто постепенно ученики перестали носить галстуки.. 

2) Поступок Юры, воспринимавшийся тогда скорее как выпендреж, вижу теперь как некоторое пусть наивное детское, но рыцарство. Если на тебя возложена обязанность, если ты произнес клятву(!), то это все не просто так - шуточки. Это некоторое понятие чести 
http://lib.ru/RUSSLIT/PANTELEEW/cheslovo.txt

 

 

 


                

                         

 


 


Lit
Илья Михайлович Литкенс
XXI параллель


Я помню своё достаточно короткое пионерское прошлое в том плане, что на уроках всегда грыз кончики пионерского галстука от чего он в течение 3-4 недель приходил в негодность (сгрызал их до узла ) и его приходилось покупать. До сих пор помню, что он стоил 55 копеек и я жутко возмущался, что так дорого - уж лучше бы купили 5 мороженных!!! А где-то в феврале-марте 5 класса, т.е. 1990 г. мне это дело надоело и я его перестал носить, а к маю почти никто в классе его не носил. В начале 6 класса, видимо, ответственная за пионерскую организацию учительница зашла к нам в класс и сказала, что кто хочет остаться в пионерской организации надо к ней зайти !... 

Никто не пришёл !
Вот так вот закончилось моё пионерское детство. Длилось оно, таким образом, ровно один год, т.к. меня принимали в 3 классе в 3 потоке аккурат в феврале-марте 1989 г

 

 



ASP
Александр Пищальников
IX параллель


Леонид Александрович, спасибо, очень интересно.
Замяли вы только историю с членством в октябрятах 
Я спросил об этом, потому что меня всегда интересовало, как люди меняют убеждения. У меня лично это был процесс внутренне мучительный, потому что очень трудно было постепенно всё в большей степени осознавать, что верил в миражи. У меня первыми "звонками", что у нас в стране не всё тишь да гладь- , были - вы не поверите! - политические анекдоты, которые я стал слышать примерно с 1 класса. Потом - озадачивали виденные мною социальные проблемы и изъяны - перебои со снабжением в послеолимпиадной Москве, тогда же примерно люди на станции Барабинск под Новосибирском, выпрашивающие у пассажиров остановившегося поезда "хоть яблочко детям", выступления абхазов в Сухуми, где я отдыхал с бабушкой в конце 70-х, против дискриминации грузинами (тогда впервые увидел грузовики с солдатами на улицах)... Но до обобщений тогда, конечно, не доходил. Пионерскими галстуками мы искренне гордились, хотелось только, чтобы было "поинтереснее". Реальным плевком в душу был акт приёма в комсомол - железобетонность процедуры и водянистые глаза лоснящихся от сознания своего божественно-комиссарского статуса комсомольских начальников были невыносимы. Дальше жить без свойственного нашему поколению напускного цинизма и "глумления над святынями" было уже невозможно. Так постепенно открывалась правда жизни... Правду о сталинизме я узнал только классе в восьмом, когда отыскал дома и притащил в школу "толстые" журналы времён оттепели с воспоминаниями лагерников. Помню, мы лихорадочно зачитывались ими на переменах, пряча при приближении вас, учителей. Вот такое было неискреннее время. 
Но окончательное понимание, что коммунизм - это тоталитаризм, возникло у большинства из нас, включая самых продвинутых, уже где-то в институте, с перестроечными сенсационными публикациями... поэтому ваш результат - осознанный коммунизм к 7 классу - не может не заинтересовать. Как вам это удалось? 

 

 



Katsva-la
Леонид Александрович Кацва


Не думаю, чтобы в школьном возрасте я умел оперировать словом "тоталитаризм". Но глубокое отвращение к советскому политическому строю, к его лживости, казарменности и цинизму вместе с осознанием, что дело не в том или ином персонаже, а в самих порядках, возникло действительно именно к этому возрасту. "Удалось" это не мне, а скорее моим двум дедам и бабушке (вторая бабушка на такие темы со мной просто не беседовала, полностью доверяя это дело деду, да и умерла, когда я был в 8 классе). Даже родители здесь сыграли меньшую роль. Перестроечные публикации добавили мне знания деталей, фактов, подробностей, но уже решительно никак не повлияли на взгляды. Но ведь мне к началу перестройки и было уже не 17, как вам, а 27. 

 

 



AVK
Алексей Валерьевич Кузнецов


На самом деле, в какой-то степени Леониду Александровичу было легче, чем нам с ASP (насколько я понял Ваше, Александр Сергеевич, пионерско-комсомольское credo). В отличие от многих присутствующих, я вырос во вполне благонамеренной семье, и большинство откровений перестроечного времени застали меня врасплох. Полагаю, Л.А. помнит нашу с ним дискуссию о Ленине, имевшую место в поезде Москва-Кисловодск осенью 1989-го.
Тем печальнее было расставание с иллюзией. Помню, что для меня - безукоризненно "красного" с точки зрения биографии предков - особенно шоковым было знакомство с документами о голоде на Украине в 1930-е. Я впервые столкнулся с понятием "людоедская власть". 

 

 



vitar
Виталий Дмитриевич Арнольд


Про пионерско-комсомольские дела --- забавно. Забавно читать Илью Михайловича, который лет на 10 нас моложе --- и как все по-другому. Забавно читать Леонида Александровича, который с той же точностью лет на 10 нас старше --- а как все похоже. (Вот разве в КПСС вступать мне не только не доводилось, но даже мысли такой не было. К моменту моей профессиональной деятельности уже отменилась та пресловутая "6 статья".) 

А вот текст моего почти точного ровесника Алексея Валерьевича удивил --- мы жили в одной стране, в одни годы, учились почти в соседних школах, а насколько по-разному видели и ощущали... 

И такое не в первый раз. Мне вспоминается цикл вечерних разговоров в армии где-то так в 1988-начале 89 года. Тогда небольшая компания однополчан --- все после второго курса института, кто из Москвы, кто из Одессы, кто из Е-бурга (тогда, конечно, Свердловска), обсуждали свежепрочитанное, свежеувиденное в ТВ, свежеуслышанное. А я как раз говорил про "детали", а общей картины не меняло...
А точные мои сверстники пытались понять за что оклеветали все то, во что они искренне привыкли верить. Или не оклеветали?

Конечно, при этом в страшном сне мы не мыслили словом "тоталитаризм" или разными текущими оценками. Конечно, многие в детстве вполне искренне пели про "комиссаров в пыльных шлемах" и иное подобное. Романтика революции грела душу сильно. Факты, а тем более оценки в духе Бисмарка, известны стали позднее.

Но эффекта неожиданности публикации конца 80-х для меня не имели. Неожиданным было только то, что про это стали говорить открыто. И много фактографии, из которой я знал очень не все. 

 

 



julol
Юля Левит
XXI параллель


Будучи председателем совета класса или как это там называлось, короче говоря представителем класса в совете дружины, я в какой то момент поняла что в общем-то под эту пионерию метется абсолютно все, и почему галстук не надел, и почему форма у тебя старая ( у родителей некоторых моих одноклассников денег на новую форму не было). И что мне противно с подобными вещами быть связанной. Посему написала заявление о выходе из пионеров под угрозы деда, что, мол, он член партии, и если я это заявление напишу, то я ему не внучка. Год был,кажется 1990. Из школы меня, несмотря на все мои похвальные грамоты, выгнали. Пришлось срочно искать новую. Так я в 43ей и оказалась. 

Не знаю как где, но в той рабоче-крестьянской школе, в которой я училась с первого по шестой класс, коммунизм в конце 90х вполне присутствовал и умирать не собирался. Литературу у меня преподавала учительница по имени Октябрина Яковлевна. Преподавательница истории плакала всякий раз, когда говорила про Ленина, от избытка чувств. Мы регулярно собирали мукулатуру, за лето нужно было собрать сколько-то там килограмм. У нас были всяческие пионерские собрания, и в школу без пионерского галстука не пускали. Когда я в каком-то сочинении сослалась на источник - Большую Энциклопедию под редакцией Южакова (1911 года издания), сочинение мне вернули с исправлением: между "Большая" и "Энциклопедия" было вставлено слово "Советская". Весь этот бред наравне со стуком очень даже был.

43я в этом плане была глотком воздуха, конечно. И, насколько я понимаю, им же и остается. Мне совершенно непонятно из чего выросли, откуда взялись эти "наши", закидывающие камнями эстонское посольство. Почему, вообще, это поколение, выросшее в свободе (наибольшей за много много лет), тянет обратно, ходить по струнке и служить по команде.

Простите за длинный комментарий. 

 

 



byasha
Саша Браверман
XVI параллель


А вот Вам, господа, моя историйка... Меня в общем с раннего детства воспитывали в максимально антисоветском духе. Но при этом я был ребёнком довольно-таки законопослушным и в школе, наоборот, вёл себя (класса до 5-6-го) вполне по-советски. До некоторого момента эти два "я" во мне хорошо уживались, но потом начали происходить некоторые "взрывы". Один из первых был такой: в пионеры меня приняли в ноябре 83-го года (мой 3-й класс). Это была первая смена, в нашем классе таких нашлось всего 4 человека (учился я в тот момент ещё хорошо). 


И вот брат мой (он меня на 8 лет старше) любит рассказывать, как пришёл я к нему через пару дней после этого знаменательного события и спросил нет ли у него маленького пустого блокнотика (он в тот момент уже учился в Физтехе и любил именно в таких блокнотиках записывать "мысли"). "А зачем тебе?" -- спрашивает брат. А я ему отвечаю, что нам четырём учительница (звали её Светлана Сергеевна, фамилии не помню) сказала: "Вы у нас в классе первые пионеры, поэтому вы теперь должны быть моими помощниками. Поэтому каждый из вас должен завести блокнотик, и если вы увидете, что кто-то что-то не так делает, вы должны это туда записывать, а потом мне показывать". Ну, тут у нас дома началось такое... Мама стала звонить всем своим знакомым и (полусмеясь, полуплача) рассказывать им какой ужас происходит в советских школах (это, кстати, к обсуждению статьи Аркаши Островского, имевшему место в предыдущих "Посиделках" какое-то время назад). 


А я очень хорошо помню своё ощущение: с одной стороны непонятно из-за чего весь шум, с другой стороны наверное они (мама и брат) правы, а я нет, а с 3-ей стороны понятно, что блокнотик скорее всего не дадут и как я теперь покажусь без него Светлане Сергеевне (она, кстати, потом стала завучем младших классов в одной из окрестных школ - это было в конце 80-х) непонятно. Но главное чувство было всё-таки недоумение - из-за чего они все так переполошились? У меня ушло, наверное, года полтора чтобы понять из-за чего. А ведь я воспитывался в почти диссидентских традициях; что же было с другими детьми? (Это, кстати, частичный ответ julol: вот оттуда
они и выросли. Заметь, что дело-то происходило хоть и в 83-м году, но в 43. А в других школах...)

Такая вот пионерская история.
А ещё я помню, как на 1-м этаже в 43 на стенде около лестницы (той, что около кабинета директора) был приколот довольно-таки изодранный пионерский галстук, найденный кем-то из учителей (видимо) и было написано "Позор". Если бы Илья Михайлович не был бы тогда ещё октябрёнком (это был год эдак 85-й или 86-й), то я бы его заподозрил...

Кто помнит как завязывать пионерский галстук? Я не помню.

 

 

 



Elena Glick
Елена Глик
XXI параллель


И мои пять копеек. Я одного года с Julol (это чтобы понятен был временной контекст). Меня тоже приняли в "первый заход" -- в музее Ленина -- за хорошую учебу и поведение, я полагаю. Перед приемом проходили какие-то специальные занятия -- разучивали с пионервожатой клятву и учились бить в барабаны. Ничего особенного. Потом мне надо было уехать к бабушке под Самару в конце второй четверти и пропустить месяц или полтора школы. Решили, что там я закончу четверть. И так получилось, что детей в том классе ещё в пионеры не приняли и должны были принимать через неделю или две после того, как я в этот класс пришла. О чем я ни малейшего представления не имела. Мальчики потребовали от меня снять галстук, сказали, что их в пионеры ещё не приняли. Ну, а меня-то уже приняли. Даже с кулаками набросились после школы. Пожалуй, это единственный случай экстремизма в пионерии, с которым я сталкивалась. 

 

 



lenam99
Елена Минушкина
XVII параллель


Я помню, как галстук завязывать Четыре года председатель совета отряда класса, год - председатель Совета дружины школы, в знаменной группе ходила - чувствую себя мастодонтом. Даже, дай Бог памяти, Сашу Гершензона принимала в пионеры в Музее Ленина (очень трогательный был прием, потому как в тот год вступающие давали не торжественное обещание, которое на всех тетрадках на последней обложке было написано, а своими словами. Многие и правда говорили от души). 

Всё-таки хочу сказать, что в нашей школе пионерская организация была... как бы сказать... разумная, что ли. Нет, понятно, что не организация была разумная, а люди, но все-таки нам отчасти повезло. 

Или, может быть, это нашему школьному "партактиву" повезло? Но все равно спасибо Галине Владимировне, она умела Совет дружины этот пресловутый как-то вокруг себя по-человечески сплотить. С ней было хорошо, на самом деле. 

И когда бюст Гагарина, стоявший в пионерской комнате (кто еще помнит такую), грохнули случайно, скандала-то не было (а могло бы быть такое, что только держись ). Склеили аккуратненько по кусочкам, а швы зубным порошком замазали. И, если память меня не подводит, Галина Владимировна сама и клеила вместе с "партактивом". 

Много было откровенно формального, никто не спорит, та же зубрежка Законов пионерской организации и проч., но галстуки мы перестали носить класса с 6-7 (это 87-88 год), носили только значки, и никто нам ничего не говорил. Кто хотел - носил, кто не хотел - не носил. В классе у нас было два комсомольца, насколько я помню. 
И страшные "блокнотики", о которых Бяша помянул, - так не только в начальной школе было. Рапортички забылись уже? В каждом классе была, а последняя графа в рапортичке - "Замечания", которые староста класса должен был писать. То есть что видит - то и пишет. Другое дело, что никто их не заполнял, а из учителей на это никто внимания не обращал. 
Или это спасибо Елене Дмитриевне, которая со своим творческим подходом любой наш пионерский сбор проводила под девизом "Давайте поговорим по-человечески?" Да, и ей спасибо. 

К чему я это? В мои пионерские годы всё определялось людьми, которые с нами работали. А Галина Владимировна и правда работала, мне так вспоминается. 

 

 

 

 


                

                    

 



Aleksey Podobryaev
Алексей Подобряев
XX параллель


А меня в пионеры принимать не хотели, так как я был этого не достоин. В кругу близких друзей я рассказал политический анекдот (сейчас не помню какой именно), врядли я его понимал тогда, но один из слушателей точно понял. Он настучал учительнице, не тихо, а на собрании (классный час?), видимо поэтому она была вынуждена принять меры. Приняли меня в замом конце года, вместе с двоечниками. А спросил я про то, фиксировался ли прием в пионеры на бумаге, потому что в этот момент я перееходил из старой своей школы в 43-ю, и, наверное, был шанс не вступить в эту организацию вообще.

Вообще, про советский стиль жизни первокласснику сразу становится все понятно на примере "дневника наблюдений за природой". Никто его естественно не заполняет, потом перед проверкой быстренько что-то туда вписывают, учительница проверяет, знает как это делается, но делает вид, что все нормально. А школьники тоже знают, что учительница знает, но сделает вид, что все в порядке.

В 43-ей школе первое, что меня поразило, что не надо было у С.М. Шугарева заполнять этот дневник. 

 

 



Vau
Сергей Дмитриев
XXI параллель


Галстук завязывать, как уже писал, так и не научился. 
А карьеру я сделал в пионерах большую - был принят в первый заход (хотя и в Музее Калинина, которого уже нет), автоматически (как единственный мальчик среди этих первых) был назначен звеньевым, а потом представлял класс в Совете дружины школы (Юля, привет :)). Даже, помню, принимал кого-то в октябрята в кинотеатре "Аврора". Но у нас в школе пионерская организация агонизировала к тому времени уже довольно давно, и всё это ничего не значило, Совет дружины собирался крайне редко и не занимался ровно ничем, кроме приёма новых пионеров.

 

 



ASP
Александр Пищальников
IX параллель


Очень интересно было почитать воспоминания, и они подтверждают мою гипотезу: ранний антикоммунизм обнаруживается у тех, кто получил соответствующее семейное воспитание. Это совсем другой путь развития мировоззрения, чем у тех, кто "взрослел вместе со страной", пусть даже слегка её в размышлениях опережая. Соответственно, и результаты разные: те, у кого не воспитали иммунитета ко всему советскому, были включены в ту жизнь, в тот круг ценностей. Поэтому им, естественным образом, вспоминается много чего хорошего - ведь позднесоветское детство (60-80 годы) было вполне светлым, в пионерских ритуалах было немало романтики, а пионеры-герои действительно впечатляли героизмом, если читать о них самостоятельно, а не зубрить из-под палки. Правда, истории их мученичества были жуткими, не для впечатлительных.
Те же, у кого в семье воспитывали неприятие советской системы ценностей и ритуалов, изначально или с достаточно юных лет воспринимали всю эту фантасмагорию отчуждённо и романтикой не проникались. Поэтому им легче радоваться развалу СССР: с его развалом они ничего не теряли, а приобретали многое - свободу. 
Нам же, детям более-менее лояльных власти родителей, с одной стороны, удалось куда больше затуманить мозги коммунистическими миражами, а с другой стороны (впрочем, с той же самой) - мы были открыты всему позитивному, что привносила в наше детство позднесоветская практика коммунистического воспитания. А ведь отрицать, что у коммунистической коллективистской педагогики были свои достижения, можно только от недостаточной информированности. 

Кроме семьи, конечно же, влияла школа. Я со второго класса до окончания учился в 43-й, а в ней режим был хотя и "по полной программе", но в реализовывался довольно деликатно и мягко (за исключением "чёрного орфографического режима" - всю школу заставляли писать чёрными ручками, никаких синих или уж совсем крамольных цветных ). Поэтому раннего непримиримого отторжения "всего этого" не возникало. 

А "так и не научившихся" завязывать пионерский галстук для прояснения их духовной биографии хотелось бы спросить, в каком возрасте они научились завязывать шнурки 

 

 



AVK
Алексей Валерьевич Кузнецов


Галстук я и сейчас могу завязать, причем именно горизонтальным шейным, а не галстучным узлом (галстучным было принято завязывать до войны и в первые послевоенные годы; мало кто помнит\знает, что пионерский значок тогда было принято прикалывать на узел; у моей бабушки - пионервожатой начала 1930-х - хранилось алюминиевое кольцо со звездой - галстук не завязывали, а продевали в это кольцо). А вот грызть галстук мне в голову не приходило. И вообще по Фрейду это что-то ужасное, не так ли ?
Зато теперь я оттягиваюсь на обычном галстуке, используя его для протирки очков. 

 

 



abudina
Анна Будина
XVI параллель


"Вообще, про советский стиль жизни первокласснику сразу становится все понятно на примере 
"дневника наблюдений за природой". 

Очень точно сказано! У меня именно так и произошло знакомство с советским стилем жизни в начальной школе. Общее детское ощущение от наблюдаемого было примерно такое: Все, что делается официально, делается не по-настоящему, а то, что делается по-настоящему, не может быть выражено официально. 
Родители мои сохраняли при этом нейтралитет - систему открыто при мне не критиковали, но и не поддерживали, и это молчание взрослых было для меня очень значимым - если какому-то явлению не дается явная положительная оценка, значит, это явление скорее всего отрицательное или, по-крайней мере, спорное. 

 

 



lenam99
Елена Минушкина
XVII параллель


"В 43-ей школе первое, что меня поразило, что не надо было у С.М. Шугарева заполнять этот дневник "

А у Юлии Романовны надо было. И это никак не характеризует её как учителя, просто заполняли. 
К чему это? Да просто, видимо, я отношусь к тем детям, в чьих семьях системе никогда не противостояли, и уж по крайней мере никогда при детях свои недовольства не высказывали. И это правильно, я думаю. 
Другое дело, что нам повезло с достаточно лояльной школьной системой. 
Мы даже когда школьную форму перестали носить, Лариса Давыдовна с нами достаточно мягко говорила по этому поводу. Очень холодная была зима, и мы под это дело все стали ходить в школу в брюках. А потом как-то само собой забылось, что есть форма. 
Хотя некоторые девушки так до конца и носили форменные юбки. 

 

 



Vallejo
Андрей Вальехо
XVI параллель


Да забавно читать про разный пионерско-октябрятский опыт. А у меня вот такой случай был. Учился я тогда не в 43-ей школе во втором классе. Приходим мы в школу, звенит звонок, а нас учительница что-то в класс не пускает, не пускает и не пускает. Ну я как один из тех кто побойчее захожу в класс смотрю любимая учительница вся в слезах. Я ей и говорю, что вы не плачьте пожалуйста, я вам такой анекдот расскажу сразу веселее станет. И начал политические анекдоты пересказывать которые накануне на родительской кухне подслушал. Ну учительница слезы то вытерла, мне ничего не сказала, только посмотрела странно как то и урок провела. А потом нам сказали что уроков больше не будет потому как горе в стране всеми любимы Леонид Ильич Брежнев скончался. А на следующий день любимая учительница написала на меня донос и отнесла его прямиком директору школы. Его потом родителям показывали. Спасло же меня от вылета только то, что директором был мой дедушка. 

 

 



AVK
Алексей Валерьевич Кузнецов


"Спасло же меня от вылета только то, что директором был мой дедушка."
Да-а, шекспировский сюжет... Интересно, а что спасло от вылета дедушку твоего Леонида Исидоровича? Это ж надо - воспитать внука-антисоветчика! И, кстати, учительница-то, поди, знала, на кого пишет и кому относит? Получается парадоксальный вариант советской порядочности: написала, чтобы быть прикрытой, если напишут и другие (ведь мало кому дите несмышленое, неразумное, еще могло поведать), а, с другой стороны, могла ведь отнести и в другую организацию, где дедушек по фамилии Мильграм не держали по определению.
Я, кстати, отличился похожим образом классе в 5-м, правда, в обычный день, и анекдот я историчке рассказал не то, чтобы антисоветский, но все-таки "с душком". Она тоже странно посмотрела, но тем и ограничилась. А я, гордый собой идиот, доложил вечером родителям, и получил свою порцию родительских восторгов. 

 

 



Vau
Сергей Дмитриев
XXI параллель


Самый антисоветский опыт в моей школьной жизни был таков - нам классе в 5-ом дали писать сочинение по мотивам какого-то рассказа о том, как Владимир Ильич в Шушенском ходил с каким-то очередным печником по тайге, любовался природой, думал о будущем трудового народа и стрелял уточек. Я, поскольку тогда был страшно радикальным экологистом, честно написал, помимо прочего, что Ленин природу не любил, потому как ежели любил бы - так уток не стрелял. Наша учительница, которая была школьным парторгом, попыталась предложить мне вариант, что ленинское ружье - это такое воплощение естественного отбора. Но я был сильно начитан (тогда из меня готовили биолога) и довольно заносчиво объяснил ей, что такое естественный отбор и почему тут он совершенно не при чём. В итоге родителей вызвали в школу и отругали, но поскольку всё это было уже на излете Союза, то больше никаких санкций не было. 

 

 

 



Katsva-la
Леонид Александрович Кацва


ASP: Я думаю, что твои соображения верны отчасти. Детям, которым в семье привили критическое отношение к коммунистической идеологии, впоследствии действительно было значительно легче. Но я не думаю, что мы не были включены в тот круг ценностей. Были, конечно. На самом деле моя семья и ей подобные тоже режиму не противостояли. Они лишь критично к нему относились. Противостояли ему совсем другие люди. Из ныне действующих — например, Людмила Алексеева. А критическое отношение к режиму и политике СССР совершенно не мешало мне радоваться жизни. И о школьных годах я тоже помню больше хорошего, нежели плохого. Я учился во вполне приличной школе. Однако это хорошее у меня связано с конкретными учителями, с пионервожатой (у нас была в этой роли очень милая девушка, ныне она работает учителем математики в той же школе), с одноклассниками, поездками в школьный лагерь, даже с анекдотическими ситуациями в том же совете дружины. А вот сама пионерская организация — торжественные клятвы, пионерские сборы, смотры строя и прочие ритуалы — все это совершенно не вдохновляло, всегда выглядело фальшью, пустой тратой времени, никакой романтики я в этом не видел даже в 5 классе, хотя был тогда от всякого критицизма еще очень далек. Да еще вечное "а еще пионер!", обращенное ко мне или моим приятелям со стороны взрослых (либо не самых умных учителей, либо вообще посторонних и даже незнакомых людей)! 

 

 



SP
Сергей Павловский
XX параллель


Лена Минушкина была пионервожатой?! 
Вот интересно - не к ней ли мы тогда в 90 году ходили...

2Podobryaev
Про "Дневник наблюдения за природой" - ты точно подметил!
Но сам его образ из "Красной розы" Соловьева, признайся?
А еще можно вспомнить кормильцевских "Синоптиков"

2AVK
К Вашему разговору про Ильича в вагоне поезда и к историям про политические анекдоты -

Однажды Ленину прислали телеграмму из провинции: "Шкрабы голодают". 
- Кто, кто? - не понял Ленин.
- ШкРабы, - сказали ему - это новое обозначение для "школьных работников". 
- Что за безобразие называть таким отвратительным словом учителя! - возмутился Владимир Ильич. 
Через неделю пришла новая телеграмма: "Учителя голодают"
- Вот - совсем другое дело! - обрадовался Ленин.



2vitar
Вы говорите, что публикации времен Перестройки Вас не удивляли
Меня они тоже не удивляли - было привычно, что в школе говорят одно, а дома другое, но это никак не ассоциировалось со временем - казалось, так всегда было и всегда будет. А журнал "Огонек" или "Новый мир" я в 3 классе не читал, конечно

Меня удивляют сейчас "публикации" не Перестройки, а Оттепели
Меня удивляют фильмы, 60-х годов. Не очень популярные и даже не очень яркие с художественной стороны, но там есть такое! 
Удивляют книги, напечатанные тогда
Удивляют стихи, например вот такие
http://www.litera.ru/stixiya/authors/evtushenko/poety-russkie-drug.html

В общем все уже было названо своими именами, и совершенно непонятно - почему это пришлось повторять через 20 лет? Видимо, еще через 20 будет еще одно повторение и так далее. "Повторение - мать учения" 

 

 


                

   

 



vitar
Виталий Дмитриевич Арнольд


Да, Сережа! А еще были, например, "Собачье сердце" у Булгакова, "Окаянные дни" у Бунина, ряд других более ранних произведений. Были и еще ремарки, в которых все написано.
Это верно и про 60-е годы. "Парадокс", о котором речь в сфере профессиональной деятельности коллег-историков. Я сходу не поручусь, но мне кажется, что такое не впервые в истории нашей страны.

А еще можно вспомнить смены власти (и, отчасти, воззрений) во Франции в околонаполеоновские времена. Меня сейчас наверное затопчут ногами. Но что-то общее ведь все же есть, нет разве?

BTW, кто то заметил в поздние 80-е, что удивляет то, с какой радостью добрые, умные и хорошие люди стали повсюду горячо обсуждать "в каком же ... мы жили!", "как же мы ничего не знали!" и тп. А после первых же двух слов, выяснялось, что все все знали. Но лить черные краски стало модно... И вот удивительная социальная мода на разговоры о том, что все плохо... Сменивщая протиовоположное положение маятника... 

 

 



SP
Сергей Павловский
XX параллель


На самом деле, мета-история ничуть не менее интересна, чем сама история. То есть взгляды людей или государства в целом в какой-то исторический период на собственную историю в какой-то другой исторический период. Ну, например – как на 30-е годы смотрели в 50-е, как в 60-е, как в 70-е и т.д.  Интересно, как мы все по-разному вспоминаем одно и то же время


 

 


 

Незабытое

 

Главная страница