ПОЛЬША И МЫ

 

Итак, на фронтах Второй мировой - затишье. Вот уже больше месяца назад капитулировали последние польские части, польское государство перестало существовать. <Странная война> между Англией и Германией еле теплится и идет только на море. Еще почти месяц до нападения СССР на Финляндию, а на Францию Гитлер нападет ещё через полгода. 20.000 польских военных, взятых в плен Красной Армией, ещё не знают, что все они через полгода будут расстреляны по приказу Сталина. Сотни тысяч бывших польских граждан (в основном бывшие «господствующие классы» - чиновники, богатые крестьяне, интеллигенция) тоже пока не знают, что их ждет депортация в Сибирь, и многие из них погибнут там и никогда больше не увидят родины. 

Что же заставляет вновь и вновь возвращаться к этим событиям семидесятилетней давности? Почему о них спорят в печати и в Интернете, почему по поводу них делают заявления главы государств и парламенты? 

Журналист Дмитрий Быков недавно писал, что этот болезненный интерес к истории - признак больного общества, и чтобы двигаться вперед, нужно перестать копаться в истории. Но я не согласен с ним. Я считаю, что это - признак больной (или нечистой?) совести. А обществу, чья совесть нечиста, трудно найти верный путь в будущее. 

Нам не дают покоя мысли о том, виновны ли <мы> - наши отцы и деды, наше государство, наш народ - в этих и других кровавых преступлениях прошлого. Есть ли в этом наша вина? Должны ли мы нести ответственность за эти преступления? Или «во всём виноват Гитлер и его пособники-империалисты?» 

Один ответ даёт на это наше начальство и его пособники - придворные журналисты. Ответ этот известен - виноваты все, и мы не больше других, мы были всего лишь прагматичны. А если кто сравнивает Сталина с Гитлером (нас - с нацистами), то он наш враг и фальсификатор истории. 

Насколько это суждение справедливо - читатели Гайд-Парка могли судить по заметке Леонида Александровича Кацва и по материалу о судьбе Казимежа Мочарского. 

Что заставляет Путина с его присными давать этот ответ? Думаю, причин много. Хорошо написал о некоторых из них независимый (есть ведь пока и такие) журналист Владимир Надеин: <Он много чего наговорил, но это было вершиной: «...если мы говорим об объективной оценке истории, мы должны понять, что она не имеет одного цвета, она была многообразной, и ошибок было наделано со многих сторон огромное количество. И все эти действия, так или иначе, создавали условия для начала крупномасштабной агрессии нацистской Германии. Вот над чем мы должны работать, если хотим видеть объективную картину. А если кто-то ставит перед собой цель выискивать из этой старой и уже заплесневелой булки какие-то изюминки для себя, а всю плесень оставлять одной из участниц этого процесса, то ничего хорошего из этого не получится». «Один цвет» по новоязу - как это будет по-русски? Это значит, что нельзя говорить, будто палачи Сталина расстреляли, без суда и следствия, без малейшей личной вины 20 тысяч безоружных интернированных (не пленных, у нас же не было войны!) польских интеллигентов. Так говорить - значит мазать историю одним неприличным цветом. Следует, для объективной радуги, тут же вставить про пленных красноармейцев в Березе-Картузской, про пакт Пилсудского-Кого-то, да и Лжедмитрий - мы еще не забыли, откуда он пришел. ...Ах, как много всего наболтано в этом уникальном хлебобулочном чуде! Тут и ослепительное невежество оратора: история принципиально не ведает черствых булок. Все, что с нами было - вечно свежий хлеб. Тут и выдающаяся душевная заскорузлость: 1939 год - незаживающая рана поляков. В растерзании родины для них ни изюма, ни плесени - только реки родной крови, не просто ничуть не забытой, но еще и не запекшейся, алой и дымящейся. Тут и кухонная мелочность: вон как ревниво подсчитал, кому изюм, кому плесень. Тут и политический склероз. Вспомни, что ты же вещаешь не просто в теплый осенний день, а в круглую годовщину вероломного нападения страны, где ты начальником, на страну, где ты гостем. Тут и политическая близорукость: колкостью и язвительностью нельзя строить отношения с одной из крупнейших стран Европы. Тут и вершина пацаньей самовлюбленности. Привык изъясняться полуматом перед восхищенной отарой тонкошеих вождей, вот и здесь брякнул тупым экспромтом на виду у совсем другой аудитории. Восемьдесят лет назад Гитлер и Сталин, с кровавыми клыками наперевес, ринулись раздирать Польшу. У Сталина есть формальный преемник. Это (забудем на миг о сомнительном кремлевском дуумвирате) бывший комсомолец Владимир Путин. У Гитлера - бывшая комсомолка Ангела Меркель. Про путинскую булку вы знаете. А вот что сказала Меркель: «Я склоняю свою голову перед мужеством жертв войны. Конечно, мы понимаем, что эти шрамы останутся еще надолго. Мы, немцы, никогда не забудем о тех наших партнерах на Востоке и на Западе, которые проложили дорогу к возрождению и восстановлению отношений. И никогда больше в будущем у нас не будет даже в мыслях каким-то образом встать на дорогу, которая была избрана Германией много лет назад». Вам не кажется, что канцлер Меркель мажет историю своей страны одним цветом?»  Президент Польши Лех Качинский: «Участие Польши в разделе или в территориальном ограничении тогдашней Чехословакии было не только ошибкой, это был грех. И мы в Польше способны признаться в этом грехе и не искать оправданий. Не искать оправданий, даже если бы это было возможно.» 

От себя добавлю, что есть и другие причины. Одна из них - защита интересов нашей страны. Таких, как они мыслятся Путину. Он считает (искренне?), что признать свои ошибки - это слабость, а «слабых бьют». Он понимает, что международная изоляция, в которой оказалась Россия, не помешает ему ездить в Европу (ведь у нас есть газ и водородная бомба). Он думает, что положение «осажденной крепости» полезно для стабильности общества и для сохранения власти. 

Есть в этой позиции и «прагматизм». Не случайно российские суды отказываются признать казненных Сталиным поляков жертвами политических репрессий и засекречивают материалы «Катынского дела». Начнутся ещё всякие иски о компенсациях, а то и о наказании виновных - зачем нам лишние хлопоты? А моральной или аморальной политика не бывает! 

То, что Путин отождествляет себя со сталинской империей, понятно и естественно. Ясно и то, что долгосрочные интересы России от его деятельности страдают - нельзя же считать всерьез, что дружба с Сирией и Ираном <против Америки> приведут нас к процветанию! Очевидно, что дружба с европейскими странами - наш единственный шанс на прогрессивное развитие общества, на нормальное человеческое существование наших детей и внуков. 

Но мешает этой дружбе отнюдь не только Путин. Настоящая проблема не в Путине и даже не «Единой России». И не в том, что политики позволяют себе, а наши СМИ охотно публикуют заявления типа «Польша хотела расчленить СССР» или «поляков в Катыни расстреляли немцы, а мы зря извинялись». Проблема в том что у народа всё это не вызывает возмущения. В лучшем случае - равнодушие, в худшем - молчаливое (а иногда и крикливое) одобрение. Имперское мышление и шовинизм въелись в плоть и кровь нашего населения, и привил их не Путин - не надо переоценивать роль телевизора. Его привили большинству людей родители (отчасти, может быть, и некоторые школьные учителя!). 

Другой вопрос, что пропаганда этому способствует, а должна была бы с этим бороться, как в Германии. И пусть даже исследования ученых показывают, что постоянные напоминания о евреях-жертвах вызывает рост антисемитизма в Германии - лучше такой подсознательный, но считающийся неприличным и глубоко спрятанный в подсознание антисемитизм, чем открытая юдофобия и иные формы расизма, которыми у нас бравируют! 

Не скоро ещё дождемся мы, чтобы покаяние стало потребностью для нашего общества. И все-таки надежда есть - многие молодые люди, мне кажется, меньше заражены этим имперским духом, чем их родители. Это произошло вопреки агитпропу - за счет человеческих контактов. И если контакты со сверстниками-европейцами будут расширяться - процесс пойдет в правильном направлении... 

Так что польская молодежь, предлагающая нам дружбу, достойна восхищения и поддержки! 

 

С. Глаголев  

 

    


 вернуться